В репортаже регионального телеканала Studio-L, посвященном инициативе Инспектората полиции Каушан по предотвращению домашнего насилия, публично раскрываются личности нескольких мужчин и женщин, обвиняемых в совершении насилия. Хотя проблема домашнего насилия представляет общественный интерес и должна освещаться в СМИ, разглашение сведений, относящихся к персональным данным, может причинить вред – в том числе пострадавшим и несовершеннолетним – и нарушить их право на неприкосновенность частной жизни. В то же время раскрытие личности сопряжено с рисками усиления разжигания ненависти, стигматизации и превращения журналистского материала в своего рода публичный суд.
В репортаже, вышедшем в эфир 9 сентября на региональном телеканале Studio-L, сообщается: «ВИДЕО/Около 50 лиц, совершивших акты домашнего насилия, вызваны в полицию Каушан. Что им грозит при повторении насилия». В материале, также опубликованном на сайте издания, рассказывается об информационно-профилактическом мероприятии, организованном Инспекторатом полиции Каушан. «Людей проинформировали о возможных последствиях повторного агрессивного поведения, нарушение судебных запретов на приближение и несоблюдения мер по защите жертв», – сообщают журналисты.
На опубликованных изображениях видны лица людей, идентифицированных как домашние агрессоры; они не подвергались цифровой обработке. Хотя Деонтологический кодекс журналиста не устанавливает общего правила, требующего скрывать личность лица, выступающего в роли агрессора, раскрытие сведений о нем предоставляет достаточную информацию (персональные данные) для идентификации жертв подобных актов агрессии, в том числе несовершеннолетних. Это особенно актуально для небольших сообществ, где любой личной подробности может быть достаточно, чтобы их члены опознали семью, партнера или жену – а возможно, и детей, – и это может послужить поводом для стигматизации.
Таким образом, даже если имя пострадавшего не упоминается в материале, его личность можно установить, сопоставив ряд сведений: изображение правонарушителя, место происшествия, семейные обстоятельства и детали самого инцидента, связанного с насилием.
Согласно Дентологическому кодексу, «журналист не должен разглашать личности жертв несчастных случаев, катастроф или преступлений – в частности, связанных с сексуальным насилием, в том числе совершенным в Интернете. (…) Журналист обязан принять все меры для минимизации возможных негативных последствий для этих лиц». Кроме того, « при освещении чувствительных тем журналист применяет инклюзивный подход, основанный на принципах соблюдения прав человека, и гарантирует, что в процессе подготовки журналистского материала или после его публикации ни один человек не станет жертвой, не подвергнется стигматизации или иным формам ущемления прав».
В том же контексте в репортаже приводятся высказывания лиц, уличенных в домашнем насилии, которые описывают совершенные ими насильственные действия, – подробности, нарушающие право на неприкосновенность частной жизни и не имеющие ни оправдания, ни общественной значимости. Деонтологический кодекс предписывает журналистам уважать право людей на частную жизнь и достоинство, а также гласит, что любая информация конфиденциального характера о человеке должна раскрываться лишь в том случае, если это обосновано редакционной необходимостью.
Кроме того, любые материалы для прессы должны быть подготовлены таким образом, чтобы не содержать высказывания, разжигающие ненависть. Что касается репортажа Studio-L, то этот дискурс получил распространение в социальных сетях, где вызвал более 100 комментариев – многие из них были негативно окрашены по отношению к упомянутым в нем лицам.
Деонтологический кодекс предусматривает, что средства массовой информации при ведении своих веб-сайтов и страниц или учетных записей в социальных сетях не допускают и не приемлют – в том числе в реакциях аудитории (комментариях) – никаких отступлений от правовых и этических норм. С этой целью СМИ надлежащим образом администрируют реакции/комментарии к медиапродуктам».
